The article has been automatically translated into English by Google Translate from Russian and has not been edited.
Переклад цього матеріалу українською мовою з російської було автоматично здійснено сервісом Google Translate, без подальшого редагування тексту.
Bu məqalə Google Translate servisi vasitəsi ilə avtomatik olaraq rus dilindən azərbaycan dilinə tərcümə olunmuşdur. Bundan sonra mətn redaktə edilməmişdir.

Иммигрант из Казахстана приехал покорять Нью-Йорк, но вернулся на родину: почему он решил уехать

15.04.2021, 12:00 EST

Ольга Деркач

Подписывайтесь на ForumDaily NewYork в Google News

31-летний Азамат Каппас из Караганды (Казахстан) переехал в США, но решил все-таки вернуться на родину. Он рассказал изданию We Project, почему так получилось и что же у него не срослось в США.

Фото: Shutterstock

В Казахстане он – основатель клиники косметологии-стоматологии Sevil, салона строительных материалов Home Project, привокзального кафе CIP-класса New Way

Переезд в США

«В 2006 году я, будучи студентом, был в Штатах. И с того времени примерно понимал, что такое США. Три месяца жил в штате Нью-Джерси. А недавно наткнулся на письма, которые писал сестре и там говорил, что никогда не буду работать на американцев и жить в Штатах и нет ничего лучше Казахстана. Тогда во мне говорил юношеский максимализм. Но прошли годы, появилась семья, дети, бизнес, один проект, второй, третий, куча трудностей. И многие факторы относительно бизнеса привели меня к тому, что мне захотелось уехать, – рассказывает Азамат. – У меня была задача – уехать из Казахстана. Сначала думал уехать в Дубай, потом попробовать себя в Европе, еще было желание уехать в Африку, потому что съездил туда в командировку. Но все же остановил свой выбор на США. Было несколько причин, одна из них – моя хорошая подруга, которая живет в Алматы и путешествует по всему миру, сказала: «Аза, единственная страна, где ты сможешь достичь успеха и на тебе не будет лейбла «казах», «иностранец» либо «иммигрант» – это Америка». Еще одним решающим фактором было то, что там живет мой близкий друг, который уехал год назад».

Одним из главных проблем своего переезда Азамат называет неподготовленность – ни он, ни супруга совершенно не были готовы очутиться в новой стране, новой культуре.

«Когда мы ехали с аэропорта в наш район, то проезжали Флэтбуш-авеню – это улица, где живут одни афрроамериканцы, сплошное гетто, там все было в граффити, куча мусора, кто-то сидел и пил на улице. Мы были немного в шоке», – рассказывает Азамат.

О жилье в Бруклине

По приезде они сначала жили у друга.

«Первые два месяца мы жили у моего друга. Их трое, нас четверо – мы не были готовы к тому, чтобы жить вместе в двух комнатах. Жара на улице, дома, сосед психопат, который стучал палкой по потолку. Для меня это были два месяца стресса, но я старался этого не показывать. Это было только поначалу, а когда мы обжились, то привыкли к дому, и сосед нас уже не напрягал, и район вроде бы хороший: плюс в том, что там много зелени. Неподалеку от нас располагался район, где живут евреи, там было все аккуратно и красиво, – рассказывает бизнесмен. – Многие факты, которые я держал в голове, оказались фейковыми – в первую очередь, бытовые вопросы. Я не знал, что Нью-Йорк состоит из Бруклина в том числе, для меня Нью-Йорк – это Манхеттен, где все мощно, красиво. Бруклин – это многонациональный спальный район, где нет детских площадок. Чтобы «выгулять» детей, супруге приходилось минут 15 идти до ближайшей детской площадки».

По теме: Как дочь иммигрантов из России покорила элиту США своей бижутерией

Уже находясь в США, он узнал, что квартиры туристам не сдают, а для хорошей квартиры, нужен хороший кредитный рейтинг.

«В США главной проблемой была квартира, я только там узнал, что туристам не сдают квартиры. Хорошие дома сдают только тем, у кого есть постоянный хороший доход. Но есть риелторы, которые могут договориться с домовладельцами сдать квартиры без документов. Но за свои услуги они берут 15% от годовой стоимости, – поясняет Азамат. – Сама квартира $1600, еще за работу риелтора $2700. Дочку нам пришлось отдать в платный садик — $1100 в месяц. Плюс $200 на проезд, $200 на телефон. Было сложно и дорого. С казахстанским доходом это несопоставимо. В месяц в среднем, чтобы прожить там с семьей без фанатизма, необходимо $7000, я не рассчитывал на такие расходы. Думал, что все будет гораздо дешевле и проще».

Когда они уже сняли квартиру себе, было тоже много нюансов, но он рассказывает, что семья ко всему привыкла.

«Дом, в котором мы жили, был очень старый – 150 лет. На одном этаже жил парень, который по ночам громко слушал музыку, на другом постоянно ругалась парочка, рядом жили индусы, с их квартиры сильно пахло специями, а еще в одной жил любитель марихуаны. Но были рады и тому, что мы сняли, наша квартира казалась хорошей, уютной, со временем привыкли. Мы были настроены на то, что будем там жить. У нас не было цели вернуться, – рассказывает бизнесмен. – Уже позже я часто слышал, что Нью-Йорк не для семьи. Нам говорили ехать в Нью-Джерси, где все зелено, одноэтажные дома – вот там та Америка, которую мы видим в фильмах, но мне там было скучно. Со временем мы привыкли к старому дому, к соседям».

О бизнесе в Нью-Йорке и визах

«Многие, кто уезжают, не думают о визе. Но по туристической визе нельзя снять квартиру, открыть счет в любом банке, можно только в Bank of America. Только там я узнал, что могу находиться в США не дольше полугода. Виза выдается на десять лет, но единовременное пребывание – не дольше шести месяцев. И если ты нарушишь пограничный режим, будут проблемы с другими визами. А у меня была цель открыть в дальнейшем бизнес-визу. На это нужно порядка $9000», – рассказывает бизнесмен.

С самого начал он планировал открывать свой бизнес, даже нашел несколько инвесторов, но в итоге они передумали.

«Поэтому начал двигаться сам, каждый день ездил на Манхэттен. Я не знал, с чего начать, ведь ожидал, что там будут люди, деньги на проекты. Проект, который я хотел запустить в сфере медицины, открыть было нереально, потому что в США медицинский бизнес должен принадлежать доктору. В Казахстане я как предприниматель открыл клинику взяв наемных врачей, а там компания на 100% должна принадлежать доктору», – говорит Азамат.

«Чуть позже решил, что мне нужно самому начать то, что я умею. Стал перебирать варианты: продажи, интернет-продажи, салон красоты. Но за что бы я ни брался, через неделю все проваливалось. Так продолжалось около месяца. Потом я взял в аренду стол в коворкинге We work и, более менее, вернулся в свою среду, где начал приходить в себя. Именно там у меня появилось желание с кем-то созваниваться, работать, – вспоминает иммигрант. – Я знакомился с каждым казахом, который встречался мне. За четыре месяца перезнакомился с таким количеством казахов, с которым люди за десять лет не знакомятся. Я понимал, что чем больше связей у меня будет, тем быстрее адаптируюсь. На самом деле делал то же самое, что делал в свое время, когда переехал в Астану».

Потом он принял решение, что будет заниматься ремонтом квартир. Нашел знакомого, который был в этом бизнесе, и решил с ним посоветоваться.

«Мы долго разговаривали, и он мне сказал, что получить заказ на Манхэттене – нереально, потому что там итальянцы, мафия, нужно иметь большие страховки на компанию. Слушал его около часа и понимал: чем больше я его слушаю, тем больше уверенности в себе пропадает. Поэтому старался не слышать того, что это невозможно. Хотя понял: чтобы брать заказы в Манхэттене, нужно иметь авторитетного посредника, которому житель Манхэттена сможет доверить ремонт, – вспоминает бизнесмен. – У меня оказался телефон парня-брокера из Кыргызстана, который в 16 лет переехал с мамой в Нью-Йорк и теперь занимается продажей квартир. Он пригласил меня в офис, и мы договорились, что при продаже квартир он будет предлагать и ремонт».

По теме: Личный опыт иммигранта: почему Нью-Йорк лучше Москвы

«Но в какой-то момент парень тоже начал пропадать. Потом он предложил заказ в тот момент, когда я уже хотел психануть. И с того момента я начал приходить в чувство, обрел уверенность, потому что два с половиной месяца не знал, получится ли у меня что-нибудь», – откровенничает Азамат.

«Супруга у меня молодец, она нашла себе курсы по макияжу, по индийским танцам, о которых долго мечтала. И последние месяцы мы вошли в обычный ритм – появилась собственная квартирка, хоть и без мебели. Я спал на одеяле, потому что сначала купили детям кровать, потом матрас, все поэтапно, – рассказывает бизнесмен. – У нас не работать – это дешево, можно пожить у родителей, родственников, друзей. И часто мы слышим, что человек, уволившись с одной работы, отдыхает по три-четыре месяца, пока не устроится на новую. А здесь не работать – дорого, нельзя не работать, только если у тебя есть заначка в 100 000$. Все, кто не работает, – это бомжи, остальные работают».

О возвращении

«Одна из острых причин возвращения – это бизнес в Астане. Я никогда не оставлял свои проекты на долгое время. А еще разница во времени не давала оперативно решать вопросы. Уже через пару месяцев начались провалы, ребята не могли решить проблемы без меня, – рассказывает бизнесмен. – Так получилось, что в последний месяц я каждый вечер сидел и разговаривал с Казахстаном. Как раз перед отъездом в Америку я запустил новый проект – кафе на новом вокзале. И уехал. Но ребята не справлялись, директор вокзала начал переживать. Параллельно начались проблемы в клинике, с магазина звонил директор на грани нервного срыва. Эти проблемы не давали мне покоя там, начало не хватать денег, и я уже не мог вести дела как раньше. В итоге я посоветовался с другом, он сказал, что лучше вернуться, навести порядок в делах. Поговорив с супругой, мы решили, что можем все потерять, поэтому следует вернуться».

Но даже несмотря на все проблемы, казах не исключает варианта, что все-таки он вернётся в США, но уже состоявшимся бизнесменом.

«Открыть бизнес там легко, но начать стоит дороже. Вся проблема в инвестициях. Чтобы открыть строительную компанию, нужно набрать строителей с большим опытом, а это уже сложнее. Лицензия стоит дороже. Открыть компанию обойдется в $30 000, а на большие проекты нужна многомиллионная страховка. За страховку в год ты отдашь $50 000-$100 000, – говорит он. – Получить рабочую визу сложно, потому что на год выдается всего 70 000 рабочих виз на всю страну. И шанс получить ее близок к нулю. Вторая легальная возможность там остаться – получить разрешение на работу. Это студенческая виза. Там ты можешь работать только при кампусе и то только определенное количество часов. Еще два варианта – жениться или попросить политическое убежище. Но я знаю, что все уехавшие в глубине души хотят на Родину и думают о Казахстане.

У меня часто спрашивают, где лучше – там или здесь. Я не могу сказать, где лучше, потому что все это относительно и индивидуально. Но чтобы понять, где лучше, нужно попробовать. Искренне всем советую: если хотите поехать – езжайте и пробуйте. Если не понравится, то всегда можно вернуться сюда с новыми силами».

Подписывайтесь на ForumDaily NewYork в Google News