Sotheby’s оспаривает требование о возврате картины Ван Гога стоимостью $180 млн перед аукционом
The article has been automatically translated into English by Google Translate from Russian and has not been edited.
Переклад цього матеріалу українською мовою з російської було автоматично здійснено сервісом Google Translate, без подальшого редагування тексту.
Bu məqalə Google Translate servisi vasitəsi ilə avtomatik olaraq rus dilindən azərbaycan dilinə tərcümə olunmuşdur. Bundan sonra mətn redaktə edilməmişdir.

Sotheby’s оспаривает требование о возврате картины Ван Гога стоимостью $180 млн перед аукционом

17.11.2026, 09:00 EST

ForumDaily New York

Подписывайтесь на ForumDaily NewYork в Google News

Накануне продажи картины Винсента Ван Гога за $180 млн аукционный дом Sotheby’s выступил против требования наследников прежнего владельца вернуть произведение. Речь идет о картине «Цветущие каштаны» (1890). Наследники утверждают, что их семья была вынуждена продать её из-за финансового давления, вызванного преследованиями нацистов. Sotheby’s ссылается на документы о продаже в 1936 году и настаивает, что сделка была добровольной, а цена — справедливой. ARTNews рассказывает подробнее.

В Sotheby’s сообщили, что архивы арт-дилера Пауля Кассирера подтверждают дату и сумму продажи картины Ван Гога Châtaigniers en fleurs («Цветущие каштаны»), также известной как Blossoming Chestnut Trees. В июне 1936 года за неё заплатили 68 000 швейцарских франков — около $22 000. По мнению Sotheby’s, для картины Ван Гога того периода это была высокая цена.

Для сравнения: другая картина Ван Гога — «Сад с кипарисами» (1888) — в 2022 году была продана на аукционе Christie’s за $117,2 млн. Ранее она входила в коллекцию Пола Аллена. В 1935 году на торгах Parke-Bernet за эту работу заплатили всего $15 000.

Главный лот

Самуэль Фишер был еврейским издателем. Его семья бежала из нацистской Германии. Наследники Фишера попросили Sotheby’s снять картину с торгов, назначенных на 18 ноября.

По их словам, семья была вынуждена продать произведение из-за финансовых трудностей, вызванных нацистскими преследованиями.

Адвокат наследников Гуннар Шнабель потребовал от Sotheby’s доказать, что семья получила справедливую рыночную цену и продала бы картину, даже если бы нацисты никогда не пришли к власти.

«В противном случае аукцион не может состояться», — сказал он.

Шнабель также заявил, что его клиент «готов работать над справедливым и обоснованным решением в соответствии с Вашингтонскими принципами» — международными рекомендациями по рассмотрению требований, связанных с произведениями искусства, похищенными нацистами.

По теме: В Нью-Йорке выставили на аукцион скелет динозавра за $6 млн

Картина Ван Гога — главный лот коллекции Блакье-Арриета, собранной аргентинскими коллекционерами Карлосом Педро Блакье и Нелли Арриета де Блакье. Ожидается, что 12 импрессионистских и постимпрессионистских работ из коллекции принесут около $450 млн. Sotheby’s предоставил гарантию на картину Ван Гога, однако её сумма не раскрывается.

Другие аукционные дома также стремились получить эту коллекцию. Christie’s предложил гарантии на все произведения, включая картину Ван Гога. Предполагается, что предложенные суммы были сопоставимы с предложением Sotheby’s, а в некоторых случаях даже превышали его.

Для Sotheby’s претензии наследников возникли в крайне неудачный момент.

Продажа в Амстердаме

Самуэль Фишер, умерший в 1934 году, основал одно из крупнейших издательств Германии. Среди его авторов были Томас Манн и Герман Гессе.

После того как нацисты начали запрещать публикацию произведений многих авторов издательства, управление компанией перешло к зятю Фишера Готфриду Берманну Фишеру. В 1936 году семья перевела бизнес в Вену. После аншлюса Австрии нацистской Германией в 1938 году они были вынуждена бежать. Гестапо конфисковало их венский дом, библиотеку и оставшуюся коллекцию произведений искусства.

Однако история картины Ван Гога отличается от истории произведений, утраченных семьей в 1938 году.

В 1932 или 1933 году семья передала её в амстердамскую галерею Кассирера вместе с двумя работами Поля Сезанна. Почти три года картина находилась на комиссионной продаже. За это время её показывали на выставках в Роттердаме и Берне. В итоге произведение продали. В тот период Нидерланды не находились под контролем нацистов.

Люк Никас – адвокат, представляющий интересы Sotheby’s. Он сообщил, что картину Ван Гога продали независимому покупателю по справедливой рыночной цене. Он также обратил внимание на то, что после этой сделки семья сохранила другие картины. Именно эти произведения впоследствии конфисковали нацисты.

«Семья добивалась возвращения произведений, утраченных в результате принудительной продажи 1938 года, и смогла вернуть некоторые из них. Но она никогда не предъявляла претензий на работы, проданные в 1936 году, в том числе на эту картину Ван Гога», — заявил Никас.

Он также рассказал о послевоенной брошюре, опубликованной Готфридом Берманном Фишером. В ней перечислялись произведения, возвращения которых добивалась семья. По словам Никаса, он видел этот документ. Картина Ван Гога в нём не упоминается.

Две работы Сезанна позволяют увидеть и другую сторону этой истории. Одна из них сейчас находится в художественных музеях Гарварда и уже много лет представлена публике. При этом наследники Фишера не предъявляли на неё претензий.

Вторая картина была выставлена на торги Christie’s в 2007 году, а затем снова в 2017-м. На последних торгах её продали почти за $6 млн. В 2007 году Гизела Берманн Фишер сообщила Christie’s, что не будет возражать против продажи картины. До своей смерти в 2014 году она занималась имущественными претензиями семьи.

Однако в том же письме она отдельно оговорила право оспаривать продажу других семейных картин, если считала, что они были реализованы под принуждением.

В Sotheby’s сообщили, что изучали обстоятельства продажи картины Сезанна в 2007 году. Они не знали об этой оговорке. Она содержалась в конфиденциальной переписке между Берманн Фишер и Christie’s.

Что считается принуждением к продаже

Главный вопрос заключается в том, можно ли считать сделку принудительной, если картину продали за пределами нацистской Германии, независимому покупателю и по высокой цене.

Никас утверждает, что законодательство штата Нью-Йорк разграничивает тяжёлые условия, в которых оказались евреи при нацистском режиме, и ситуацию, когда покупатель непосредственно оказывал давление на продавца.

В качестве примера он упомянул два судебных разбирательства. Они касались картин Пабло Пикассо, которые еврейские семьи продали в период нацистского режима.

В деле Zuckerman v. Metropolitan Museum of Art федеральный судья в 2018 году постановил, что продажа, состоявшаяся в 1938 году, не соответствовала юридическим критериям принуждения. Апелляционный суд в 2019 году оставил решение об отклонении иска в силе, но по другой причине. Семья слишком долго ждала, прежде чем предъявить свои требования.

В 2024 году судья в Нью-Йорке вынес решение по делу Bennigson v. Solomon R. Guggenheim Foundation. Он постановил, что экономического давления, возникшего из-за преследований нацистов, недостаточно, чтобы доказать факт принуждения. Для этого необходимо установить, что покупатель сам участвовал в создании такого давления. Апелляционная инстанция подтвердила отклонение иска в 2025 году — опять же из-за задержки с его подачей.

Последнее обстоятельство особенно важно. В начале этого года Конгресс изменил законодательство. В апреле законодатели внесли поправки в Закон о возвращении произведений искусства, конфискованных во время Холокоста (HEAR Act). Они отменили правовую доктрину laches. Она позволяла судам отклонять требования о реституции из-за того, что наследники слишком долго не обращались за возвращением имущества.

Теперь музеям, коллекционерам и аукционным домам сложнее выиграть соответствующие дела, просто сославшись на то, что с момента продажи прошло слишком много времени. Однако поправки не изменили критерии, по которым определяется, была ли продажа принудительной.

Никас считает это различие принципиальным. По его словам, Конгресс отменил возможность отклонять требования из-за задержки, но не изменил юридические критерии принуждения. Он полагает, что продажа картины в 1936 году не соответствует этим критериям.

Теперь, когда картина Ван Гога стоимостью $180 млн должна уйти с молотка в среду, Sotheby’s приходится вести переговоры с наследниками её прежнего владельца. В противном случае под угрозой может оказаться крупнейшая сделка нынешнего аукционного сезона.

Шнабель уже имеет опыт работы с требованиями о реституции. В 2016 году он вместе с исследовательницей истории происхождения произведений искусства Моникой Тацков изучал утраты картин Пита Мондриана в период нацистского режима. Тогда они связались с наследниками художника и предложили проверить историю других произведений.

Семья наняла их, а последующее исследование привело к требованию о реституции в отношении Художественного музея Филадельфии.

Неизвестно, кто первым обратился к кому в нынешнем деле: Шнабель к наследникам Фишера или они к нему.

Почему претензии появились накануне аукциона

Sotheby’s утверждает, что впервые получил обращение представителей наследников Фишера утром в четверг, 12 ноября.

К этому моменту картину Ван Гога рекламировали более шести недель. До аукциона оставалось всего пять дней.

Никас поставил под сомнение, почему претензии были предъявлены так близко к дате торгов. О продаже картины впервые сообщили в начале октября. При этом он подчеркнул, что Sotheby’s серьёзно относится к требованиям наследников.

У семьи могут быть веские основания задавать вопросы о том, что произошло в 1936 году. Однако столь позднее обращение оставило Sotheby’s мало времени для ответа до того, как обвинения стали публичными. Возможно, именно в этом и заключался расчет.

Есть и ещё один вопрос. Шнабель требует от Sotheby’s доказать не только то, что семья получила справедливую цену, но и то, что она продала бы картину, даже если бы нацисты никогда не пришли к власти. Доказать это может быть непросто, учитывая, что сделка состоялась 90 лет назад.

Пока Sotheby’s заявляет, что картина по-прежнему включена в программу торгов в среду вечером. Семья Блакье, в свою очередь, сообщила о готовности к диалогу.

Представители семьи отметили, что картина принадлежала им на протяжении нескольких десятилетий. Они с уважением относятся к историческим обстоятельствам этого дела.

Удастся ли сторонам договориться до среды, пока неизвестно.

Подписывайтесь на ForumDaily NewYork в Google News
WP2Social Auto Publish Powered By : XYZScripts.com