The article has been automatically translated into English by Google Translate from Russian and has not been edited.
Переклад цього матеріалу українською мовою з російської було автоматично здійснено сервісом Google Translate, без подальшого редагування тексту.
Bu məqalə Google Translate servisi vasitəsi ilə avtomatik olaraq rus dilindən azərbaycan dilinə tərcümə olunmuşdur. Bundan sonra mətn redaktə edilməmişdir.

В одной из больниц Нью-Йорка – волна самоубийств врачей-иммигрантов: что происходит

19.07.2021, 16:41 EST

Нургуль Султанова-Четин

Подписывайтесь на ForumDaily NewYork в Google News

Молодые врачи со всего мира приезжают в перегруженные больницы Нью-Йорка, чтобы спасать жизни. Однако иногда это приводит к фатальным для них последствиям. В одной больнице в Южном Бронксе по крайней мере два врача-иммигранта покончили с собой – якобы из-за жестокого обращения со стороны руководства, сообщает New York DailyNews.

Фото: Shutterstock

Доктор Адхирадж Сатиджа, уроженец Индии, был первым сотрудником медицинского центра Линкольна, который покончил с собой. Это произошло в августе прошлого года.

Шесть месяцев спустя доктор Бо Ю, гражданин Китая, скончался при загадочных обстоятельствах во время поездки на Гавайи. Руководство больницы заявило, что он случайно утонул в бассейне, но его коллеги сомневаются. Перед смертью Ю опубликовал в Facebook свою фотографию с подписью «никогда не забывай меня», сказали они.

Третий врач из того же медицинского центра, доктор Валид Салех Абухишме из Иордании, покончил жизнь самоубийством в апреле 2021 года.

Все они были иммигрантами, работающими в Медицинском центре Линкольна по визам, которые больница имеет право аннулировать. Все они были сравнительно закрытыми людьми и обслуживали малообеспеченные слои населения в разгар пандемии COVID-19.

Их смерти потрясли Медицинский центр Линкольна, являющийся частью городской сети Health+Hospitals. Также случившееся подняло вопросы об управлении работой врачей-иммигрантов.

«Существует постоянная угроза увольнения, – сказал врач-иммигрант, ранее работавший в Медицинском центре Линкольна. – Девяносто процентов из нас зависят от виз, и они это знают. Если вас уволят, вы, скорее всего, не получите другого вида на жительство. Если вы выступите против жестокого обращения с другими сотрудниками-иммигрантами, вас вызовут в офис и будут кричать».

Исключение из рабочих программы видов на жительство не только затрудняет получение работы в другом месте, но также означает, что виза врача будет аннулирована, и они будут отправлены домой. Это также может помешать развитию карьеры врача в будущем.

Лучший выбор – уйти из жизни

Все это может привести к чрезмерному давлению на молодых врачей, которые работают сверхурочно за относительно низкую оплату, объяснила доктор Памела Уайбл, врач из Орегона и доверенное лицо нескольких нынешних и бывших сотрудников центра Линкольна. По ее словам, среди медицинских работников не принято открыто говорить о депрессии, и такие попытки только вредят медикам-иммигрантам.

«Они не обязательно будут говорить об этом, потому что боятся, что их депортируют, – сказала Уайбл. – Люди просто не могут справиться с этим, и они чувствуют, что лучший выбор – просто уйти из жизни».

Уайбл сказала, что когда ей было 40 лет, то она потеряла из-за самоубийств 10 друзей, работавших в медицине. С тех пор она сделала своей миссией отслеживание и предотвращение самоубийств среди врачей-иммигрантов.

В последние недели она привлекла внимание к ситуации в центре Линкольна, и ее открытость многих побудила тоже рассказать свои истории.

Фото: Shutterstock

Один врач из Линкольна сказал, что многие сотрудники-иммигранты сходятся во мнении, что в больнице к вопросу самоубийств относятся без сентиментов и не видят в этом проблемы.

Подход к самоубийствам презрителен

«То, что они пережили, ужасно», – сказал врач, который, как и многие нынешние и бывшие сотрудники центра Линкольна, пожелал остаться неизвестным, опасаясь репрессий.

Он сказал, что подход больницы к обсуждению самоубийств и их причин в лучшем случае пассивен, а в худшем – весьма презрителен.

Сьюзан Наранджо, директор Союза стажеров и иммигрантов, который представляет интересы врачей из других стран, сказала, что такая реакция больниц довольно типична.

«Это все вращается вокруг культуры медицины, – сказала она. – Когда погибает пожарный, проводится неделя поминальных служб. Медицинская культура – полная противоположность».

Доктор Эрик Вей, директор по качеству Health + Hospitals, сказал, что именно поэтому в 2018 году агентство запустило свою программу Helping Healers Heal. Она предназначена для лечения психологических травм, полученных на рабочем месте.

«Мы пытаемся изменить столетнюю культуру», – сказал он.

Вей отметил, что визовые рабочие программы могут быть невероятно сложными, и назвал ту, через которую он прошел, самым изнурительным опытом в своей жизни. Он хочет изменить культуру дедовщины, которая является частью таких программ, но отмечает, что COVID также оказал огромное влияние на психическое здоровье врачей – из-за того, что они видели и из-за изоляции.

«Представьте, что вы видите в 10 раз больше смертей – и вы убрали систему поддержки, – объяснил он. – Я думаю, мы лишь поверхностно относимся к тому, что с нами произошло».

Они обвиняли жертву

Источники в центре Линкольна утверждают, что дело не только в повседневном стрессе и пандемии. Персонал больницы укомплектован медиками иностранного происхождения, что дает больнице больше возможностей, чем если бы ее сотрудники были американцами.

«У них в руках все карты, – сказал один студент-медик. – И они знают, что могут просто скрыть все это, потому что всем наплевать».

Программы для врачей-иммигрантов, как правило, подразумевают тяжелые условия. Такие медики должны работать сверхурочно, а их оплата ниже, чем у более опытных врачей.

Студент сказал, что работал в нескольких других больницах, и что в центре Линкольна «определенно другая обстановка».

По его словам, после смерти Сатиджи менеджеры говорили о его самоубийстве, но они «пытались обвинить жертву».

«Они сказали, что его отец покончил жизнь самоубийством. Говорили, что он страдает депрессией, – пояснил он. – Они пытались представить его как человека, который был предрасположен к самоубийству. Будто это произошло не из-за проблем с визовой программой».

Он добавил, что «не сомневается», что именно «токсичная по своей природе» программа привела к гибели трех врачей.

«С этим действительно нужно что-то делать», – резюмировал он.

Доктор Льюис Маршалл, главный врач центра Линкольна, высказал иную точку зрения. Он сказал, что больница активно предлагала конфиденциальные услуги в области психического здоровья. Что она проделала «феноменальную работу» по оказанию поддержки медикам.

«Не все знают все факты, особенно в случае самоубийства. Этот вакуум немедленно заполняется домыслами, – сказал он. – Есть вещи, которыми мы не будем делиться, и семьи не хотят, чтобы мы делились».

Врач, проработавший в Линкольне несколько лет, сказал, что после смерти Ю в больнице были сформированы фокус-группы, но их внимание «никоим образом не было сконцентрировано на опыте врачей-иммигрантов». Выводы группы, по его словам, заключались в том, что руководство будет более внимательно относиться к сексуальной ориентации сотрудников, и была добавлена комната отдыха со столом для пинг-понга.

«Из этого не вышло ничего значимого», – сказал он, отметив, что не видел «структурированного, официального ответа» на самоубийство Абухишме.

«Мне ничего не известно о том, что в больнице делается для поддержки врачей-иммигрантов, – добавил он. – На данный момент мы просто ждем следующего самоубийства».

 

Подписывайтесь на ForumDaily NewYork в Google News