The article has been automatically translated into English by Google Translate from Russian and has not been edited.
Переклад цього матеріалу українською мовою з російської було автоматично здійснено сервісом Google Translate, без подальшого редагування тексту.
Bu məqalə Google Translate servisi vasitəsi ilə avtomatik olaraq rus dilindən azərbaycan dilinə tərcümə olunmuşdur. Bundan sonra mətn redaktə edilməmişdir.

Как живет в Нью-Йорке правнучка Хрущева

13.11.2020, 14:01 EST

ForumDaily New York

Это, наверное, каприз истории. Нина Хрущева, правнучка советского лидера, призывавшего догнать и перегнать США и чуть было не развязавшего ядерную войну с ней, стала гражданкой США, уже 19 лет живет в стране «загнивающего капитализма». На факультете международных отношений в Университете Новой школы (New School Universiti) в Нью-Йорке преподает пропаганду. По ее шутливому высказыванию, «занимается пропагандой», как некогда ее знаменитый прадед. Только, в отличие от Никиты Сергеевича, ставку делает не на коммунизм, а на демократию.

Фото: Shutterstock

“Я теперь живу в Нью-Йорке, и из-за споров, чьи внуки, Хрущева или Никсона, будут жить при капитализме или коммунизме, моя жизнь очень тесно переплелась с его именем, – пишет Нина Хрущева в Снобе. – Я, что называется по-английски, die-hard либеральный демократ, но для республиканцев как любимая игрушка: в конце концов, даже если Никсон и проиграл Вьетнамскую войну, он все же выиграл холодную у Хрущева, который обещал построить коммунизм к 1980 году; вместо этого Советский Союз развалился, а я уехала в США”.

Правнучка первого секретаря ЦК КПСС Никиты Хрущева, профессор кафедры международных отношений Новой школы (New School) в Нью-Йорке, старший научный сотрудник Института мировой политики, руководитель проекта «Россия» Нина Хрущева очень гордится своим родством с известным политическим деятелем Советского Союза, который, по ее мнению, провел антисталинские реформы, возродил буржуазные идеи свободы и персонального комфорта, чем, по сути, опередил свое время. Именно поэтому она взяла фамилию своей матери, пишет “Бульвар Гордона”.

Ее дед — Леонид, старший сын Никиты Хрущева, военный летчик, погибший во время воздушного боя в марте 1943 года. У Леонида и его второй жены, киевлянки Любови Сизых, в 1939 году родилась дочь Юлия (мать Нины). Хрущев практически усыновил двухлетнюю внучку и растил ее как отец. В том числе и потому, что Любовь Сизых в 1943 году осудили по обвинению в шпионаже.

Нина воспринимала Никиту Сергеевича как своего деда. В последние годы жизни он большую часть времени проводил на даче в Подмосковье, куда Юлия довольно часто приезжала с дочерью. Хрущев умер в сентябре 1971 года, когда Нина только пошла в первый класс.

“Он был очень хороший дедушка. Про это всегда все говорят, что “наш дедушка самый лучший”, но он действительно был очень хороший дедушка. Я его помню, потому что на суровые взрослые окрики, когда мы себя вели недостаточно хорошо, он всегда говорил: “Они дети: пусть делают что хотят”. Как-то раз он разрешил нам прыгать на диване, из которого лезли пружины, и мы прыгали, потому что это было очень весело. Естественно, это потрясло всех, а он вошел и сказал: “Они прыгают за меня, потому что если я буду прыгать, диван развалится””, вспоминает Нина.

Сейчас в большой семье Хрущевых установились непростые взаимоотношения. Младший сын первого секретаря ЦК КПСС, Сергей, также живет в США. Но родственники почти не общаются — их взгляды разошлись на фоне российской агрессии против Украины. Сергей Никитич поддерживает политику Путина, в то время как Нина Львовна осуждает аннексию Крыма и военные действия на Донбассе.

По теме: Как белорусский еврей Мейер Лански стал криминальным королем Нью-Йорка

О жизни под фамилией знаменитого прадеда с Ниной Хрущевой поговорил журнал “Миссия” и Радио Свобода.

Почему потомки российских лидеров оставляют страну? Например, вы или Светлана Аллилуева.

Светлана Аллилуева приняла решение уехать по нескольким причинам, в том числе и политическим. В СССР было очень неуютно после ХХ съезда. Но у меня, я хочу подчеркнуть это, никаких политических мотивов не было. Я просто хотела посмотреть на жизнь вне тоталитарной системы. Мне было интересно. Я хотела учиться, поступила в университет в Принстоне. Оставаться в США не собиралась, но получила докторскую степень, предложение о работе и решила остаться. Ведь к тому времени успела всей душой полюбить Нью-Йорк. Я не считаю себя американкой, не идентифицирую. У меня вообще много проблем со Штатами. Но я человек из Нью-Йорка, так я себя определяю.

Кто еще из Хрущевых уехал, а кто остался в России?

Уехал мой дядя, Сергей Никитович, он живет в Бостоне. Издает мемуары о Хрущеве с собственными комментариями, пишет книги об СССР. Я думаю, ему там свободнее это делать, там это больше востребовано. Младший сын Алексея Аджубея тоже уже два года живет в Бостоне. Он очень хороший ученый, получил грант. А вся остальная семья, моя сестра Ксения – все здесь, в России.

Вы 19 лет прожили в США и наверняка успели узнать эту страну. Кроме того, вы преподаете студентам такой специфический предмет, как пропаганда, и наверняка сравниваете два государства. США гордятся своими демократическими завоеваниями, это главный фетиш американцев, они гордятся своей экономической мощью. Чем в этом смысле Россия отличается от Штатов?

Разница между США и Россией, с моей точки зрения, в том, что в России институты управления подчинены технологии управления. В США, наоборот, технология в основном подчинена институтам управления. Я не хочу сказать, что Россия должна стать в точности такой, как Штаты. Совершенно не должна. Но если Россия хочет национальной идентичности, хочет стать сильной державой, у нее нет другого выхода, как стать правовым государством с общественными институтами, не подконтрольными власти.

Россия в первую очередь стремится стать сильной, но это не совсем правильно, потому что вообще-то сначала страна должна стать успешной экономически, именно поэтому она и становится сильной. В основном США следуют именно этой формуле. А России, на мой взгляд, недостает инновационности в экономической деятельности.

Что вы имеете в виду?

В России считают, что закупить новое оборудование на Западе – это стать инновационной экономикой. Это не так. Экономика становится инновационной, когда внутри страны производится большое количество продукта, который потребляется всем мировым рынком, и не просто потребляется, он еще и желаем. Яркий пример инновационности – финский концерн Nokia. Двадцать лет назад финны вложились в новое производство, и сегодня каждый четвертый мобильный телефон на планете произведен концерном Nokia. И в США сорок процентов экономики – это экономика инноваций. В США придумали интернет, придумали персональные компьютеры. И теперь весь мир эти компьютеры покупает.

Не так давно СМИ – как американские, так и российские – заговорили об опасности нового витка «холодной войны» между двумя державами. Это произошло после известного высказывания тогда еще вице-президента США Дика Чейни, откровенно заявившего, что Россия душит демократию и оказывает давление на соседние государства. Какими могут быть дальнейшие взаимоотношения двух держав? И как сейчас в американских СМИ, на американских телеканалах выглядит Россия? Насколько этот образ объективен?

На самом деле «холодная война» не нужна ни России, ни США, и я не думаю, что высшее руководство этих стран ищет обострения. Да, некоторые американские СМИ по-прежнему стараются сделать образ России кошмарным. В этом смысле ничего не изменилось с 1991 года, когда я только приехала в США. Тогда ко мне, родившейся в СССР, относились так, словно у меня рога и копыта. Безусловно, это результат идеологии. Но, к счастью, она не возведена в тотальную систему. Потому что есть СМИ, которые также осуждают и американскую политику. Когда Дик Чейни в Вильнюсе заявил, что Россия убивает демократию, реакция американских СМИ была такой: может, в России действительно есть проблемы с демократией, свободами и так далее, но не Дику Чейни об этом говорить. Именно так, например, писала «Нью-Йорк таймс». Вообще, по моему убеждению, Россия и США сейчас имеют больше общих проблем, чем непримиримых конфликтов.

США считаются страной крайне политизированной. Любопытно, сохраняется ли там интерес к личности Никиты Сергеевича?

Хрущева помнят и, что удивительно, неплохо к нему относятся. Можно сказать, он впервые открыл Россию для американцев. Его мемуары пользуются популярностью у читателей.

Бытует мнение, что он был человеком недостаточно образованным, от этого страдал и сам понимал это. Помню, когда первый раз услышал запись его голоса, я удивился – это не был голос некультурного человека: абсолютно правильная речь. А затем у вас прочитал, что он наизусть знал Твардовского и Некрасова.

Он не был образован в том смысле, как мы это понимаем сегодня. Он был рабочим, у него было школьное образование, потом он ушел в революцию, потом бабушка Нина была его преподавателем по политической экономии, истории партии и так далее. Он такое образование почил. Н он был очень любопытным человеком: читал книги, очень интересовался всем. Так что я говорю только об этом. Часто я слышу (и моя мама всегда очень страдала от этого), что он неуч, идиот, дурак, не умел читать. И даже сейчас прогремел в России фильм “Смерть Сталина”. Как всегда, очень “умные” люди запретили его, поскольку он как бы оскорбляет наше родное Политбюро. И в этом фильме Никита Сергеевич читать не умеет, ему Нина Петровна читает вслух. Это совершенный бред и ерунда он любил читать. И уважал тех, кто знает больше.

С другой стороны, было несколько прецедентов, которые оттолкнули от него интеллигенцию. Это когда он стал поучать ее: в одном случае – собрав на Воробьевых горах, в другом – придя на выставку в Манеж. Мой добрый знакомый, замечательный художник Борис Жутовский, мне про это в лицах рассказывал. Но другое дело – опять же, какая личность! – как он потом это все переосмыслил, как он понял, что был неправ, и не постеснялся в этом признаться! Того же Бориса Жутовского Никита Сергеевич стал приглашать к себе в Петрово-Дальнее. Однажды, Жутовского цитирую, сказал: “Ты же понимаешь, что я, конечно, роман-то Пастернака не прочитал, но вот мне наговорили, и я все это сморозил сгоряча”. Это, конечно, тоже была потрясающая черта его.

Жутовского пригласили, потому что Жутовского привезла моя мама: его жена тогда дружила с моей мамой. Так что – да, они действительно приезжали.

И то, что сам Неизвестный говорил о нем: “Я понимал, что разговаривал с живым человеком”. Живот к животу, они спорили, он их учил, но понимая, что это не финальное слово. Это, кстати, было организовано КГБ, это было организовано Семичастным специально, зная, что Хрущёв человек пассионарный, взрывчатый, и вот они сейчас таким образом эту авангардную шушеру сметут. И никого не смели! Так что я думаю, что как раз эти истории на пользу памяти Хрущёва, а не против памяти Хрущёва.

И все эти люди хранили и хранят о Хрущёве добрую, хорошую память.

И после того как его сняли в 1964 году, они к нему приезжали, начиная с Евтушенко и заканчивая Владимиром Высоцким. И Высоцкий со свойственной ему непосредственностью сказал: “А нельзя ли вам обратно?”

Несколько лет назад в одной из российских газет была опубликована статья о судьбе его мемуаров.

Я не читала эту статью.

По теме: Не такой, как представлялся: почему русскоязычному туристу не понравился Нью-Йорк

В ней говорилось о том, что Хрущев, будучи отстраненным от должности, написал книгу об СССР и передал ее за рубеж. А потом ему пришлось сделать официальное заявление, что не имеет отношения к этой книге.

Он заявлял, что не передавал книгу зарубежным источникам. А это разные вещи. И он действительно ее не передавал. Он ее писал для себя. И для него было шоком узнать, что она ушла за границу. А публикаций разного рода очень много. Причем очень часто в них место фактов занимает мифология. Например, визит Хрущева в ООН в 1961 году. Почему-то все твердо верят, что он стучал ботинком по трибуне, от этого мифа никто не хочет отказаться, в том числе и ООН. А он просто сбросил с ног жавшие ему новые туфли, купленные специально для поездки в Нью-Йорк, и стоял в носках. Но правда то, что он тогда стучал по трибуне кулаком.

Даже в энциклопедии эпохи сталинизма пять страниц из семи посвящены тому, какие проблемы были у Хрущева в семье. Но, по-моему, если это энциклопедия, в ней следовало бы вести рассказ о времени, о политических свершениях или просчетах, а не о том, какая Хрущев был сволочь, соответственно, и в семье тоже. Наша семья даже несколько раз подавала в суд на некоторые телеканалы и некоторых авторов.

Но вы согласны, что Никита Сергеевич был фигурой все-таки противоречивой? На его могиле установлен черно-белый памятник работы Эрнста Неизвестного – как символ этой противоречивости…

Я недавно смотрела фильм американский, посвященный Карибскому кризису. Если бы на месте Никиты Сергеевича был другой человек, он бы нажал на пресловутую «кнопку». И если бы на месте Кеннеди был другой человек – тоже нажал. Это то, что в США обсуждают. Если бы на месте Кеннеди был Джордж Буш, то ничего хорошего бы не было. У Кеннеди и Хрущева хватило мудрости не совершить непоправимое. А ведь Хрущев был полон коммунистической идеологии.

Тем не менее, человеческое в нем оказалось сильнее, что для советского руководителя было нехарактерным. И в мемуарах, я читала их, в последней главе, которая произвела на меня совершенно неизгладимое впечатление, он пишет о том, что был не прав по отношению к Андрею Сахарову. Сахаров заявил, что не может разрушать человечество, поэтому отказывается работать в атомной программе. Хрущев был человек темпераментный, он очень возмутился, кричал на него. А в мемуарах написал: «Если бы у меня была возможность сейчас извиниться перед Сахаровым, я бы обязательно извинился. Потому что это абсолютно личная свобода каждого – писать, говорить и работать над теми вопросами, над которыми они хотят работать». И для советского лидера это, в общем, большой шаг вперед.

Для меня эта личность, безусловно, положительная. И не потому, что я его правнучка. Понимаете, человек, который умеет признавать не только свои ошибки, но даже ошибки страны, достоин уважения.

По теме: 10 причин влюбиться в Нью-Йорк: опыт русскоязычной туристки

Личное…

Мама Нины Хрущевой, Юлия Леонидовна (она трагически погибла в 2017 году на железнодорожной станции Солнечная в Москве – ее сбила электричка, как сообщил Следственный комитет, она “не успела среагировать на сигналы приближающегося поезда”) в интервью изданию “Факты” в 2011 году вспоминала:

“Моя дочь Нина живет и работает в Нью-Йорке. А мне очень трудно привыкнуть к этому городу. Помню, как папа, рассказывая на каком-то мероприятии о первой поездке в США, сказал: “Должен вам сказать, товарищи, что Нью-Йорк — ужасный город!”

Теперь, побывав в гостях у дочери, я понимаю, как этот мегаполис его подавил. Никита Сергеевич любил лес, речку, поле, природу, а торчащие высокие дома и ущелья-улицы между ними его просто угнетали.

И каждый раз, выходя на улицу в Нью-Йорке (а он особенно “впечатляет” летом), обязательно говорю: “Должен вам сказать, товарищи, что Нью-Йорк — ужасный город!”