The article has been automatically translated into English by Google Translate from Russian and has not been edited.
Переклад цього матеріалу українською мовою з російської було автоматично здійснено сервісом Google Translate, без подальшого редагування тексту.
Bu məqalə Google Translate servisi vasitəsi ilə avtomatik olaraq rus dilindən azərbaycan dilinə tərcümə olunmuşdur. Bundan sonra mətn redaktə edilməmişdir.

‘В моей квартире нет окон’: как житель Бруклина переживает карантин в темноте и одиночестве

21.04.2020, 13:55 EST

ForumDaily New York

Мужчина из Бруклина снимает небольшую комнату без окон. Изначально он находил в этом преимущества. Но теперь понял, что отсутствие дневного света – явный недостаток. Теперь его волнует лишь одно: как скоро он сможет выйти и увидеть солнечный свет. Подробностями поделилось издание New York Curbed.

Фото: Shutterstock

В последние полтора года Трей Тейлор из Бруклина живет в темноте.

«У меня нет окон. Моя комната, рекламируемая как «лофт» в трехкомнатной квартире на бывшей трикотажной фабрике в Бушвике, не дает мне возможности смотреть на улицу», – рассказал мужчина.

Размеры этой комнаты примерно 2,4 на 2,4 метра. Единственным источником света в ней является лампа с китайским бумажным абажуром для рассеивания тусклых лучей, а также одна свеча.

«Любой закон Нью-Йорка о жилищном строительстве запрещает это. Моя спальня даже не отвечает минимальным требованиям в 80 квадратных футов (7,4 кв. м)», – отметил он.

Кроме того, в его квартире существует лишь один способ эвакуироваться – через дверь. Хотя легально в квартире должно быть как минимум два выхода – дверь и окно.

Изначально житель этой маленькой комнаты воспринимал ее как временное жилье. Теперь он хочет переехать, но не можете себе этого позволить.

Когда-то автор даже находил преимущества такой жизни: например, когда ему нужно было выспаться днем, а ночью отсутствие окна спасало его от лишнего шума. Также у него не было необходимости заводить растения и ухаживать за ними, что экономило время.

Однажды, когда он только переехал в эту квартиру и похвастался друзьям тем, как дешево она ему досталась, те лишь удивились: «Ты платишь $1600 за это?!» Он успокаивал себя тем, что его жилье расположено близко к метро.

«Нью-Йорк дорогой, и зачем платить много за место для ночлега, если ты почти никогда не бываешь дома?» – размышлял он.

Тем более, что он вел светскую жизнь, работая редактором журнала, и часто посещал различные мероприятия по работе. А когда не хотелось идти домой, он мог отправиться с друзьями на ужин.

«Без человеческого взаимодействия я умираю»

Но все изменилось, когда в Нью-Йорке ввели карантин, обязав горожан оставаться дома и покидать жилье лишь в случае крайней необходимости. Это сильно повлияло на жизненный уклад Трея.

«Без человеческого взаимодействия я умираю», – сказал он. И отметил, что если бы только знал, что ему придется столько времени проводить в этом маленьком пространстве без свежего воздуха и естественного света, он бы не поверил.

Когда он возвращается домой после своих одиноких прогулок, даже если на улице еще светло, – в его комнате всегда темно. «Я начинаю думать, что мои глаза приспосабливаются, как у любого хорошего мутирующего пещерного жителя», – пошутил он.

Ко всему прочему, стены в этой квартире настолько тонкие, что уединение в комнате просто невозможно, он ясно и отчетливо слышит разговоры соседей.

Чтобы выжить в таких условиях в эти непростые времена, Трей всячески старается отвлечься. Например, пытается уснуть под звуки природы и пение виртуальных сверчков, исходящих из его мини-колонки Google Home Mini. Сегодня Google – это единственный его собеседник.

“ОК, Google, тебе когда-нибудь бывает одиноко?” – спрашивал я недавно.

«Время от времени всем становится одиноко, – ответил он. – Я здесь, если нужно».

В последнее время автор все чаще задается вопросом: как такой образ жизни может повлиять на него в долгосрочной перспективе.

«Мне 30 лет. Я начал гуглить и наткнулся на статьи, которые меня напугали. Возможно, я переживаю «нейронную смерть», согласно Scientific American», – предположил он.

По теме: ‘Никаких трупов и мобильных моргов нет’: Нью-Йорк во время эпидемии глазами русскоязычного иммигранта

Он также прочитал о том, как нейробиологи из Университета Пенсильвании шесть недель держали крыс в темноте.

«Животные не только проявляли депрессивное поведение, но и страдали повреждениями в области мозга, которые, как известно, неактивны и у человека во время депрессии. Я, по сути, крыса, живущая в темноте в Нью-йоркской тюрьме. Прошлой ночью на крыше в этом здании я встретил еще одного арендатора: коммерческого агента по недвижимости Роберто. Мы никогда не встречались, но вместе смотрели на закат, стоя на расстоянии шести футов друг от друга. Какое-то мгновение я не чувствовал себя загнанным в ловушку. Темнее всего всегда перед рассветом», – отметил автор.

Сегодня его очень волнует один вопрос: когда он сможет снова увидеть солнечный свет?

«Мне бы хотелось иметь окно; оно находится в топе списка требований к моей следующей квартире», – отметил он и добавил, что уже начал поиск нового жилья.