The article has been automatically translated into English by Google Translate from Russian and has not been edited.
Переклад цього матеріалу українською мовою з російської було автоматично здійснено сервісом Google Translate, без подальшого редагування тексту.
Bu məqalə Google Translate servisi vasitəsi ilə avtomatik olaraq rus dilindən azərbaycan dilinə tərcümə olunmuşdur. Bundan sonra mətn redaktə edilməmişdir.

‘Это очень страшное чувство’: русскоязычная врач из Нью-Йорка рассказала, как переболела COVID-19

02.04.2020, 10:00 EST

ForumDaily New York

Карантин в Нью-Йорке следовало объявить еще в феврале, считает врач-гастроэнтеролог Вероника Дубровская. Она предполагает, что заразилась от своего пациента, поскольку не защищалась как следует. А все потому, что не знала: коронавирус, вероятно, охватил город гораздо раньше, чем принято думать. Об этом она рассказала в видеосюжете издания «Голос Америки».

Фото: Shutterstock

Кто чаще заражается COVID-19

Нельзя точно сказать, почему кто-то из нас заболевает коронавирусом COVID-19, а кто-то нет. Такой точкой зрения поделилась врач-гастроэнтеролог Вероника Дубровская, у которой подтвердили коронавирус. «Я подозреваю, что заразилась, делая процедуры пациентам», – отметила она.

По ее словам, до 12 марта текущего года ни она, ни ее коллеги не подозревали, насколько распространен вирус COVID-19 в Нью-Йорке. Ближе к 16 марта стало известно об огромном числе людей, зараженных этим вирусом.

«Будучи врачом я, к сожалению, не предохранилась против вируса. Когда я делала процедуры, я делала их с нормальной хирургической маской», – вспоминает она. Хотя, добавила Дубровская, делая эндоскопию человеку, у которого подтвержден вирус, нужно предохраняться специфической маской.

Лишь 14 марта, рассказала она, вышло постановление, запрещающее встречаться в клинике с пациентами, если это не экстремальный случай. Таким образом, все перешли на дистанционную медицину. Если же пациенту требуется экстренная помощь, то встреча происходит в офисе. Но врач при этом должен одеваться «как нужно», отметила Виктория.

Поскольку Дубровская заболела практически в начале нью-йоркской эпидемии, медицина еще не была готова работать с такими больными – поскольку не были известны все симптомы, пояснила она. Теперь, спустя две недели, ситуация улучшилась, добавила Виктория, а врачи приобрели опыт работы с такими больными.

О симптомах

Говоря о симптомах, Виктория отметила, что сначала перестала ощущать запахи и вкус. Это произошло в один день. «Я не могла чувствовать запах кофе или газа из конфорки», – вспоминает она. Это показалось ей странным.

На следующий день ситуация ухудшилась. «У меня начались боли в костях и безумные головные боли, которые мы обычно чувствуем, когда поднимается температура. Но температуры не было», – добавила она.

Также Виктория ощущала сильную слабость. Позже появилось ощущение сильного сжатия в груди, на которое жалуются многие, заразившиеся COVID-19. «Это очень страшное чувство», – отметила она.

Эпидемия началась гораздо раньше

По мнению Виктории, Нью-Йорк следовало «закрыть» еще в феврале. «То, что у нас сейчас происходит, должно было произойти 1-го февраля, я думаю», – сказала она.

По теме: Жительница Нью-Йорка попала в реанимацию с коронавирусом, но выжила: как это было

Дубровская отметила, что они с другими врачами обсуждали сложившуюся ситуацию, и пришли к мнению, что у них были пациенты с коронавирусом еще в январе. «Но мы не думали, что они у нас (есть – Ред.). В Нью-Йорке очень много людей, которые путешествуют, особенно бизнес-путешественников. Особенно в Мидтауне. То есть люди со всех стран приезжают на конференции. Поэтому я думаю, что в январе коронавирус уже был в Нью-Йорке», – сказала она.

Но в то же время, добавила Виктория, врачи не знали об этом. Все потому, что симптомы у данного вируса могут быть разные. У некоторых больных есть понос, головная боль, потеря вкуса или запахов, ломка костей. «То есть нет такой совершенно типичной презентации. Но даже с типичной презентацией у нас не было тестов и мы не просили (ими обеспечить – Ред.), потому что мы не ожидали (вспышки вируса – Ред.). Мы просто называли это пневмонией и шли дальше, думая, что у нас его нет», – резюмировала она.